Данный сайт и указанные на нем представительства в социальных сетях являются единственным официальным источниками информации
ФГБУК Центрального музея древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублева.
 
 

Выставки, события, новости / Открытое письмо директора Музея имени Андрея Рублева М.Б. Миндлина главному редактору ЗАО «Редакция газеты «Московский комсомолец» П.Н. Гусеву

В связи с выходом 20 ноября 2017 г. в газете "Московский комсомолец" материала Евы Меркачевой директором Музея имени Андрея Рублева Михаилом Борисовичем Миндлиным было написано письмо главному редактору ЗАО «Редакция газеты «Московский комсомолец» П.Н. Гусеву.

Текст письма приводим ниже: 

Уважаемый Павел Николаевич!

20 ноября 2017 года в очередном выпуске газеты «Московский комсомолец» был опубликован текст Евы Меркачевой под названием «Судимость – не повод для отставки. Как «дело реставраторов» аукнулось Музею древнерусской культуры имени Андрея Рублева», освещающий, по мнению автора, ситуацию, якобы сложившуюся в Музее имени Андрея Рублева в преддверии его 70-летнего юбилея.

Считаю, что ряд фактов, приведенных Е.Меркачевой в указанном тексте, целенаправленно искажен, и эти искажения граничат с откровенной ложью, что можно расценивать как клевету в отношении меня. Совершенно очевидно, что основная цель автора текста – опорочить меня как действующего директора Музея им. А.Рублева, навязать читателям предвзятое, не проверенное и документально не подтвержденное мнение узкого круга «экспертов», которое сводится к тому, что всю мою деятельность по развитию Музея им. А.Рублева следует расценивать, как вредительство и даже должностные правонарушения, что наносит урон моей профессиональной репутации.

Так, в статье приводится следующее: «…Миндлин – коллекционер, причем собирает древние иконы, а ведь Музей Рублева славен своими иконами. Это то же самое, что поставить лису сторожить кур в лесу». Читателя явно наводят на мысль, что я рассчитываю на пополнение своей личной коллекции за счет музейных предметов из собрания Музея им. А.Рублева (необходимо отметить, что предметы моей коллекции приобретались задолго до назначения меня директором Музея им. А.Рублева). Считаю, это ничем не подтвержденное утверждениевозмутительным и крайне оскорбительным. Тем более, что автор был вынужден упомянуть о факте передачи моих личных произведений для экспонирования в экспозициях музея. 

Далее, в тексте приводится следующая фраза: «Других (таких как Миндлин) просто задержали, но арестовывать не стали…». В данном случае слово «задержали» более чем неуместно, так как я был вызван в ФСБ для дачи пояснений (показаний) по факту возбуждения известного уголовного дела.

Далее. Читаем в тексте: «И если в ХIX веке (речь идёт о башне «Кронпринц») там были казармы, военная полиция, то сейчас там… рестораны и гей-клуб.».

Могу с полной ответственностью заявить, что если бы автор дала себе труд ознакомиться хотя бы с краткой исторической справкой о башне «Кронпринц» крепости Фридриха Великого в г. Калининграде и ее предназначении, то узнала бы, что никаких казарм и военной полиции в башне «Кронпринц» никогда не было, поскольку отсутствовали условия для обеспечения нахождения там людей. В башне размещались артиллерийские орудия. Утверждение о том, что в настоящее время там находятся рестораны и гей-клуб не только абсурдное, но и лживое, потому что в башне «Кронпринц» до сих пор не созданы условия для нахождения там людей (нет отопления, воды, канализации и т.д.).

Кстати, по поводу оценки автора текста: «Но реставрация шла, мягко говоря, на шатко, ни валко» могу сказать, что это полностью не соответствует действительности, так как реставрация в мою бытность директором Государственного центра современного искусства (ГЦСИ) велась грамотно и своевременно, а произведенные в этот период работы были выполнены качественно.

По поводу цитаты из статьи: «Во времена Миндлина экспозицию фактически свернули… демонтированы все иконостасы. В результате непродуманной реставрации все паникадила – люстры невероятной красоты, сделанные в единственном экземпляре, – заменили на точечное освещение и лампы дневного света. Где паникадила, мы не знаем, также мы не можем отследить судьбу убранных икон». Это высказывание г-жи Виолетты Волковой, которую автор статьи представляет как один из своих источников, не только искажает действительные события по созданию новой постоянной экспозиции накануне юбилея музея, но и не соответствует реальному положению вещей. Иконостасы находятся на своих прежних местах (была проведена только их необходимая реставрация); большинство паникадил также находятся на своих местах. Если бы автор текста вместо того, чтобы верить на слово, отправила в музей официальный запрос, то получила бы исчерпывающий ответ о соблюдении норм хранения и экспонирования музейных предметов из коллекции Музея им. А.Рублева, в том числе при перемещении их из залов постоянной экспозиции в связи с реорганизацией постоянной экспозиции и сменой периодических выставок. Что касается осветительных приборов, то во всех экспозиционных залах с моим приходом в музее наконец были установлены современные приборы в соответствии с действующими нормами и стандартами музейного освещения. По согласованию с Министерством культуры Российской Федерации, только несколько современных паникадил, не соответствующих историческим храмовым интерьерам, были переданы другой подведомственной министерству организации.

Далее – «Кстати, у Миндлина были планы сделать в соборе туалеты, гардероб, кафе, а в алтарной части пустить лифт». Все, кто бывал в Музее им. А.Рублева и посещал постоянную экспозицию в храме Михаила Архангела с трапезной Лопухиных знают, что там давно, уже не один десяток лет, существуют и туалеты, и гардероб. Что касается установки лифта (который, кстати, предписан действующими нормами и правилами в целях обеспечения доступа маломобильным гражданам в целях приобщения их к искусству) в алтарной части, это очередная ложь.

Необходимо отметить, что проект реставрации храма Михаила Архангела с трапезной Лопухиных с элементами приспособления к современному использованию выполнен и согласован специализированной проектной организацией в установленном законом порядке.

Упоминание в статье высказывания Игоря Грибака, директора международной премии в области современного церковного искусства «Живоносный источник» (якобы утвержденной Российской академией художеств (РАХ)) о моей поддержке перфоманса группы «Пусси Райт», не имеет под собой никакого основания, так как это очередная ложь. Кстати, по информации, полученной нами из РАХ, такая премия никогда не была утверждена Российской академией художеств.

Однако автор статьи по этому поводу могла бы обратиться к одному из своих же источников, который должен быть в курсе этих событий. Виолетта Волкова осуществляла защиту упоминаемых «Пусси Райт» в качестве официально привлеченного адвоката. При этом, Виолетта Волкова вовсе не является вице-президентом Фонда сохранения культурного наследия им. А.Рублева, как она представлена в тексте Е.Меркачевой.

Не соответствует действительности и утверждение автора текста Е.Меркачевой, что «все экспертное сообщество» пребывало в недоумении в связи с назначением М.Б. Миндлина директором Музея им. А.Рублева. Многочисленные обращения ведущих представителей экспертного сообщества России в Дорогомиловский суд г. Москвы и органы предварительного следствия, содержат исключительно положительные высказывания о моем назначении директором Музея им. А.Рублева и моей деятельности на этом посту, о чем Е.Меркачевой должно быть известно от своего «источника в следствии». Впрочем, в отличие от автора текста, представители музейного профессионального сообщества знают, что по первому образованию я – художник-реставратор, специализирующийся в области реставрации, изучения и исследования икон и древнерусской деревянной скульптуры, не один год проработавший в этой области в профессиональных организациях, а по второму – искусствовед.

Статья Е.Меркачевой заканчивается следующим: «Впервые в истории не только Музея А.Рублева, но и в целом в деятельности музеев Российской Федерации гостей будет принимать директор, осужденный за совершение умышленного уголовного преступления. И Министерство культуры не видит в этом ничего странного. А как же Указ Президента РФ «О национальном плане противодействия коррупции на 2016 – 2017 годы?»

В ответ на это сообщаю, что должности государственной гражданской службы утверждены Указом Президента Российской Федерации от 31.12.2005 № 1574 «О реестре должностей Федеральной государственной гражданской службы». Должность директора музея не является должностью государственной гражданской службы, я не являюсь государственным гражданским служащим, соответственно, на меня не распространяется действие Федерального закона от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации».

В соответствии с пунктом 4 части первой статьи 83 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор подлежит прекращению в случае осуждения работника к наказанию, исключающему продолжение прежней работы, в соответствии с приговором суда, вступившим в законную силу. Для увольнения работника по данному основанию, должны быть выполнены следующие требования: работник, должен быть осужден к наказанию, исключающему продолжение прежней работы (лишение свободы, лишение права заниматься определённой деятельностью и др.), приговор суда должен вступить в законную силу. В таком случае, днем увольнения работника будет являться день, когда приговор суда вступит в законную силу.

Необходимо отметить, что приговор Дорогомиловского районного суда г. Москвы от 09.10.2017 в отношении меня и иных лиц в настоящее время обжалуется в апелляционном порядке в Московский городской суд. Судебное заседание по рассмотрению апелляционного представления назначено на 05.12.2017. Таким образом, приговор Дорогомиловского районного суда от 09.10.2017 не вступил в законную силу.

Непонятно, почему не соответствующие действительности ложные обвинения произвольно и откровенно тенденциозно трактуются автором как нарушение антикоррупционного законодательства.

Исходя из вышесказанного, полагаю, что возглавляемое Вами издание даст опровержение по поводу приведенных в статье Евы Меркачевой и не соответствующих действительности сведений, порочащих лично меня и косвенно Музей им. А.Рублева.

Уважаемый Павел Николаевич, убедительно прошу Вас в порядке ст. 43 и ст. 44 Закона Российской Федерации от 27.12.1991 г. (ред. от 29.07.2017г.) «О средствах массовой информации» опубликовать опровержение ложных фактов и необоснованных подозрений обвинений, выдвинутых в мой адрес, а также косвенно в адрес Музея им. А.Рублева, Вашим журналистом, статья которого, без проверки очевидных фактов, была опубликована в возглавляемом Вами периодическом издании – газете «Московский комсомолец» от 20.11.2017 г. 

С уважением, 

директор М.Б. Миндлин

 
 




Официальная страница Музея имени Андрея Рублева в Facebook



Официальный аккаунт Музея имени Андрея Рублева в Twitter



Официальная страница Музея имени Андрея Рублева в Google+




Музей им. Андрея Рублева наЦентральный Государственный Музей Древнерусской Культуры и Искусства им. Андрея Рублева